Все цвета Кесьлёвского – 75 лет со дня рождения великого режиссёра

Каким Кшиштоф Кесьлёвски был на съёмках, а каким в жизни? С одной стороны, сосредоточенный, требовательный и серьёзный, с другой... полный самоиронии и удивительно остроумный. Что приносило ему больше всего радости, куда он охотнее всего ездил и что делал, когда дома ломалось какое-нибудь устройство? И как он справлялся с трудностями в последние минуты своей жизни? О Кесльёвском вспоминают актёры Януш Гайос, Збигнев Замаховски, Мирослав Бака и Артур Барчиш, дочка Марта Хрыняк и подруга – писательница и репортёр Ханна Кралль.


Фото: East News

– Я осознаю, что имел возможность работать с режиссёром, творчество которого существенно повлияло на весь польский кинематограф. Это влияние, конечно же, распространилось и на мой профессиональный опыт, – говорит Януш Гайос, который впервые встретился с Кесьлёвским на съёмках четвёртой части «Декалога» в 1988 году.

Актёр вспоминает, что работа с Кесьлёвским началась с маленького фальстарта, который, по его словам, не вызвал «большого прилива симпатии» по отношению к нему.

– В памяти всплыла наша первая встреча, ещё до начала съёмок. Мы читали сценарий и, как сейчас помню, у меня было несколько замечаний к диалогам, и они пришлись не по вкусу создателю «Кинолюбителя». Оставшаяся часть работы прошла уже без крупных потрясений. Спустя какое-то время я узнал, что во время монтажа он признал мою правоту. Все «трещины», появившиеся в начале нашей работы, исчезли.

Когда есть о чём помолчать

Писательница и репортёр Ханна Кралль познакомилась с Кшиштофом Кесьлёвским в 1976 году.

– Он прочёл в ежемесячнике «Одра» мою книгу «Опередить Господа Бога», а я была под впечатлением от его фильма «Персонал». Посколько мы уже что-то знали друг о друге, наша встреча была неизбежна. И, конечно же, Кшиштоф позвонил: «Не должны ли мы познакомиться?».

Их первая встреча прошла в варшавском небоскрёбе «Intraco», расположенном недалеко от редакции «Polityka», в которой Ханна Кралль тогда работала.


Фото: Agencja BE&W

– Не помню точно, о чём мы говорили, кроме того, что говорили мы о том же самом. Наверняка жаловались: на цензуру, на скуку и на то, что у нас вообще нет таланта. Я жаловалась, что не умею писать, а он, что не умеет снимать фильмы. С тех пор на протяжении 20 лет мы встречались сотни раз. Разговаривали обо всём: что делаем и чего не делаем, что творится в Польше и в мире, немного сплетничали, немного молчали.

Несколько естественных результатов

О том, как дело дошло до сотрудничества Збигнева Замаховского с Кшиштофом Кесьлёвским в десятой части «Декалога», актёр узнал лишь спустя несколько лет от самого режиссёра.

– Вскоре после окончания школы, в 1968 году, я получил предложение исполнить главную роль вместе с Адрианной Беджиньской в телевизионном фильме «Побег» студента Режиссёрского Факультета в Катовицах Томаша Шатковского. Куратором курса Томка был Кшиштоф Кесьлёвски, он же был художественным руководителем этого проекта. Чтобы придать фильму солидности, Кшиштоф пригласил на одну из небольших ролей своего друга Ежи Штура. И так сложилось, что у меня с ним было несколько сцен.

– Спустя годы Кшиштоф признался мне, что заметил довольно большое сходство физической комплекции между мной и Ежи, – вспоминает Замаховски. – Это привело к тому, что, когда Кесьлёвски и Песевич написали сценарий «Декалога», в десятой части были роли для двух братьев. Кшиштоф знал, что играть будет Ежи, а я был очевидным кандидатом на роль его брата. В то время как участие в фильме «Три цвета: белый» было естественным результатом моего выступления в «Декалоге» и, в итоге, подарило мне роль брата Ежи Штура.


Фото: Agencja BE&W

Выкрутасы с ужом

Марта Хрыняк, дочь Кшиштофа Кесьлёвского, модельер SupermarketStore, запомнила его как человека очень внимательного. – Сколько я помню, он всегда относился ко мне по-партнерски. Ничего мне не навязывал, даже если что-то предлагал. Самый важный его совет: «Живи внимательно».

Как вспоминает Марта, у отца получалось быть очень забавным, когда он был расслаблен, часто дурачился. – Поскольку он не был шутником каждый день, такие моменты были еще особенно смешными. По большей части это были ситуационные шутки, которые тяжело пересказать, а их жертвой чаще всего становилась моя мама. Папа, например, умудрялся подложить ей в велосипед ужа. Или, идя с ней по улице, начинал вдруг на глазах у всех выкрутасничать и танцевать. А танцевал он ужасно.

Больше, чем другу

Пробирающая насквозь роль приговорённого к смерти за убийство Яцека Лазара в «Коротком фильме об убийстве» привела к тому, что о Мирославе Баке узнала в 1987 году вся Польша. Актёр попал в фильм после пробных съёмок.


Фото: Agencja AKPA

– Мне надо было сыграть какую-то сцену, а потом у нас с Кшиштофом состоялся долгий разговор. Я был напуган, потому что знал, кто он такой, знал его фильмы. Я тогда вдруг понял, что рассказал ему, кажется, даже больше, чем своему лучшему другу. Думаю, он был потрясающим психологом. Он умел задавать очень глубокие и точные вопросы, а уже на съёмках формулировал ясные и прямые ответы.

Когда так трудно быть настоящим

Бака вспоминает, что он был одним из самых молодых актёров «Декалога». Младше него был только Войчех Клата, который снимался в первой части.

– Я всё ещё учился, однако он относился ко мне как к партнёру, – подчёркивает актёр, добавляя, что режиссёр никогда не заставлял его испытывать стресс. – Я безгранично ему доверял. Я пришёл в этот фильм не как ремесленник, который с полной уверенностью создаёт характер. Я постоянно учился своей профессии. Кесьлёвски использовал мою свежесть и чувствительность, в некотором смысле также и наивность. Он умел с этим правильно обращаться. Это он вводил меня в роль – причём таким образом, что в какой-то момент я мог полностью впитать этот образ. Я играл интуитивно, от сердца. Благодаря нему.

Актёру особенно запомнилась сцена, в которой его герой должен был размозжить голову таксиста. – С одной стороны, мне нужно было сыграть какую-то ужасающую решительность этого парня, даже боль, потому что отнять человеческую жизнь не так просто. С другой стороны, была целая масса нюансов кинематографической техники: какое-то покрытие, какие-то трубочки, по которым поступала кровь. Гример, которая эту кровь качала, напоминала мне, чтобы я не задел ту трубочку, а Славек Идзяк, оператор, говорил: «Медвежонок, не разбей мне камеру». Для меня всё это было очень сложно – быть таким искренним и настоящим. Опытному актёру проще со всем этим справиться. Конечно, чудовищно сложной была сцена исполнения приговора.

Автор: Павел Пиотрович

Оригинальный адрес статьи: http://film.onet.pl/artykuly-i-wywiady/krzysztof-kieslowski-75-rocznica-urodzin-wielkiego-rezysera/8jqn3j








КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ

МАЙ ИЮНЬ
01
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
13
14
16
19
27
29